Суд человеческий

07.04.2014 / / Мнений — 152 / Статей — 147 / Дата регистрации — 23.09.2013

Я, конечно, не Достоевский, потому не стал называть статью «Преступление и наказание». Да и о наказании если и пойдёт речь, то только как о потенциальной возможности. Моя самая главная задача показать, что ограниченная тварь не в состоянии быть полноценным судьёй, в принципе. Что вынесение вердикта о качестве человека недопустимо для людей. Мы можем несовершенно оценить и вынести вердикт определенному поступку человека или его мыслям (если он ими поделится). То есть, мы можем оценить внешнюю сторону, феномен, результат проявления воли человека в поступке, но мы не в состоянии сказать, совершит ли подобный поступок человек в будущем. Мы смотрим на лицо, а Бог смотрит на сердце. Ему ведом ноумен и он может оценить качество человека. Например, человек может констатировать: «Этот человек украл, а-я-яй, это – нехорошо, грех/преступление». Бог же в состоянии точно вынести вердикт: «Этот человек – вор», т.е., он воровал раньше и будет воровать дальше, пока не раскается, или «Этот человек один раз украл и уже так раскаялся в этом, как не и снилось его судьям и прокурорам, погрязшим в коррупции». Суд человеческий даже поступок не может качественно оценить, поскольку подсудимый может обмануть суд и скрыть истинные мотивы. А тем более человек не в состояние оценить качество всего человека. Потому суд от людей никогда не должен переступать черту осуждения поступков и слов. Он не должен судить всего человека, поскольку его суд будет заведомо настолько несовершенен, что это будет пародия на слово суд.

судНо люди иногда переходят эту черту суда поступков, и начинают судить личность. Т.е., о всем человеке судят по его последнему поступку. В принципе, это допустимо, как первое приближение, но в целом, кардинально не верно. Ведь человек может поменяться, а его могут записать в пожизненые убийцы или воры. То, что такой подход существует, свидетельствует наличие смертной казни в перечне уголовных наказаний в некоторых странах. Смертная казнь оказывается чем-то сродни эмоциональной отместке правовой системы за чудовищность преступления. Но ведь ни один судья не сможет сказать, что этот человек никогда не раскаялся бы. Даже если это заявляет в маргинальной дерзости сам преступник. Фильм «Побег из Шоушенка» хорошо демонстрирует понимание этого момента в зрелых обществах. Если кто не смотрел, советую, а кто смотрел, помнит комиссии, приезжающие раз в год для психологической экспертизы пожизненно осуждённых. Некоторых отбывающих наказание после лет 20 отсидки, по результатам собеседований, отпускали. Т.е., психологи отмечали неподдельное раскаяние человека, и признавали его не опасным для общества. Если же мы осуждаем на смертную казнь, то берем на себя полномочия Бога. Мы автоматически считаем, что человек так искривлён в душе чудовищностью преступления, что он не в состоянии исправиться. Есть и второй аспект смертной казни от людей – люди пытаются найти адекватное наказание

Забирать жизнь казнью – это не адекватное наказание. Пожизненное заключение – это гораздо более тяжёлое наказание, чем смертная казнь. Если присутствует выбор инструмента умерщвления, то можно просто заснуть, а проснуться в сообществе ангелов и демонов. Но даже без выбора. 10-60 секунд страданий – и всё прекращается. Причем скорость умирания настолько быстра, а болевые ощущения отличаются особой радикальностью, что не находится места даже вставить: «Вспомни обо мне в Царстве своём». Ну и смертная казнь – это убийство от судьи, даже если он поступает по статье закона. Это повреждённость самого законодательства, не дающего шанса исправиться. Это свидетельство того, что в законодательном органе подавляющее большинство неверующих людей, раз законодательство имеет норму возмездия за преступление, отбирающего у преступника жизнь, которую вообще-то дал человеку Бог. Т.е., в смертной казни государство отбирает то, чего не давало, отбирает то, что не в состоянии восстановить.

В это связи очень показателен фильм «Зелёная миля», обязательный к просмотру. Два осужденных на электрический стул. Один явный преступник, преступления которого не все раскрыты, а другой – невинно осуждённый. Чудовищность последнего, что его осудил суд присяжных, когда несколько человек по вроде бы очевидным фактам взяли на себя грех осудить человека на смерть, невинного человека, наоборот пытавшегося спасти жертв, чем он и подставился. Ему и каяться было не в чем. Но даже тот, который не дожил до казни из-за своей дерзости, мог бы раскаяться, после продолжительного сидения. Не раскаялся бы, умер в тюрьме, но никто из людей не получил бы за это осуждение от Бога. А так, присяжные и судьи смертной казнью вынесли приговор качества человека, закрепив его в предсмертном состоянии, и отобрав возможность раскаяния. А это имеет полное право сделать только один субъект – Бог, который знает прошлое и будущее.  Бог может отобрать жизнь у человека, который никогда не раскается. Иногда Бог отбирает жизнь у тех, кто живя дальше впадёт в страшные грехи и не раскается, а сейчас его состояние спасительно. Потому иногда в молодом возрасте умирают хорошие люди. И их смерть происходит по безмерной любви Бога к своему творению, чтоб спасти как можно больше.

Человеческие судьи и наше законодательство, часто, не знают духовного закона – чем тяжелее преступление, тем глубже раскаяние. Евангельские примеры просто вопиют к нам проявлением этой закономерности. Блудницы, коррупционные таможенники, разбойник евангельских времен – они раскаялись и получили прощение, но не первосвященники и фарисеи. Глубина раскаяния по экспоненте зависит от тяжести преступления. Но путь к раскаянию у каждого свой – от молниеносного сокрушения до десятилетий борьбы добра со злом. Длина пути зависит от черствости, грубости сердца и малого присутствия страданий в жизненном опыте. Если жизнь в тюрьме проходит благоприятно и человек не тяготится ограничением свободы, то с раскаянием могут быть проблемы. Блатные, хоть в тюрьме, хоть в армии, не склонны к раскаянию за свои старые и новые злодеяния. Но если человек страдает от ограничения свободы, тяготится тюремной обстановкой и окружением, то страдания «распакуют» сердце и покаяние проявится. Если оно будет реальным, то Господь подарит радость и в тюремных стенах, а может и обеспечить выход за их пределы.

Пока мы в теле, нет преград для раскаяния и исправления ни для кого: ни для серийного убийцы и маньяка, ни для педофила, ни для сатаниста. Таков закон. Пока есть тело, есть и возможность творить себя, есть возможность качественно меняться. Пребывание души после смерти тела обусловлено невозможностью качественных преобразований личности, а возможно только очищение от греха. Душа теряет грех, но не улучшается качественно. Но пока живо тело, с его помощью можно «зализать» душевные раны. И эту возможность одна тварь не должна отбирать у другой, даже прикрываясь буквой закона. Я имею ввиду смертную казнь. Любые другие виды наказание через лишение свободы приемлемы, вплоть до пожизненного, поскольку даже если выяснится несправедливое осуждение, человеку можно вернуть свободу, и как-то компенсировать ему ее лишение. Жизнь не удлинишь, но улучшить можно.

осуждениеКроме суда юридического, есть еще суд человеческий, или осуждение. Мы очень легко впадаем в сферу Божественного суда, примеряя на себя функции Бога. Я сам это делаю часто, в том числе, в своих статьях. Мы говорим не «он украл то-то», а говорим «он – вор». Я не буду приводить дальше примеров, читатель понял. В своём человеческом словоблудии, обсуждениях легко переходящих в осуждение, мы привычно даём характеристику человеку по одному или нескольким поступкам, а не самим поступкам. Люди говорят «Юля – воровка», хотя та реализовывала незаконные газовые схемы, но шапки ни с кого не снимала и из сумочек кошельки не тырила. Но слово «воровка» применяют люди, которые даже не знают сути схем Леди Ю, и осуждают всего политика, вместо того чтобы говорить только о ее недостойных поступках.

Я сам осуждал ребят из «Правого сектора», хотя должен был осуждать только их отдельные поступки, но не давать качественной оценки им, как людям. Я ведь и сам был националистом, но вырос из этого. И они могут вырасти, и я не должен им отказывать в этом, наклеивая ярлыки фашистов или негодяев. Осуждал я и Януковича и ряд других персонажей политикума. И каждый это делает по 10 раз на день, прочитав новость про Крым или Россию, а то и переходит к осуждению через посты в ФБ или лайкая осудительные коллажи маргинальных групп в «Одноклассниках». Ярлыки, которые мы навешиваем, зависят от внутренней культуры речи и мысли, и варьируют, от «бандиты и отморозки», до откровенной нецензурщины. И любые форматы дачи качественной оценки человеку или группе людей – это тоже взятие функций судьи. Потому сам процесс называется осуждением.

Не нужно быть сильно верующим, чтобы знать следующие известнейшие заповеди Христа: «Не судите, да не будете осуждены. Каким судом вы судите таким и вас будут судить». И вместе с тем, нам известна его же заповедь блаженства: «Блаженны милостивые, поскольку они будут помилованы». Как же будут удивлены души людей после смерти, когда получат осуждение за то, что они типа в «праведном» гневе ЮВТ называли воровкой. Ведь тогда и к ним Судья предъявит те же мерки и обнаружит: лицемерие, ложь, жадность, ненависть, сплетни и это же осуждение. Хотя тот, кто никого не осуждал, а видел только свои грехи, услышит от Господа, как услышала женщина, которую по милости Христа не забили камнями за грех прелюбодеяния: «И я тебя не осуждаю». И далее: «Войди в радость Господа своего».

В этом контексте мне нравятся детективы Честертона об отце Брауне. Например, в финале детективов Конан Дойля о Шерлоке Холмсе при поимке преступника обычно присутствует инспектор Лестрейд, который его под белы руки препровождает его в пенитенциарные учреждения Лондона. А отец Браун, в конце каждого раскрытия преступления обращается к совести преступника и не сдаёт их в полицию. Это суд по любви, который взывает к совести преступника, которая, в свою очередь, срабатывает через механизмы справедливости.

суд1Нечто подобное происходит на исповеди и в рекомендациях старцев и духовников. По любви будет судить Бог и на Последнем суде. Но на Частном суде, после смерти тела, будет два пути. Тот, кто научился любви к Богу и ближнему на земле, на Суд не приходит, и причисляется к сынам Божьим. Остальные будут судимы по справедливости, на которую они и уповали в течение своей жизни, или даже и ее попирали в угоду своим страстям и похотям.

По справедливости мало кому удастся получить прощение. Без толики любви это и вообще невозможно. Об этом говорит апостол Павел, надеющимся на Закон. Потому и сетуют, и Христос, и старцы, на то, что большинство идёт широким путём справедливости в ад. Поскольку при жизни на земле не поняли ее смысла, тотально подвергали осуждению всех, кто говорит не то, что близко их грешному сердцу. Особенно осуждаемы миром всегда те, кто близок к Небу, и кто отвергает “ценности” мира: гордость, самомнение, самолюбие и себялюбие. И в конце, все кто любил на правах бога осуждать ближних судом человеческим, познает глубину суда Бога.

 

Ниже попытаюсь сформулировать тезисы о суде, суждениях и осуждении, как я их вижу из своего опыта и осмысления этого опыта. Думаю, в дальнейшем пользоваться ими при аргументации в статьях, развивающих поднятую тему.

О суде вообще

  • Суд бывает судом от Бога и от людей. Проявляется в оценочных суждениях и вердиктах.
  • Суд может базироваться на принципах справедливости и любви
  • Суд – это качественная оценка объекта или явления в суждениях.
  • Осуждение предполагает вынесение вердикта, определяющего судьбу объекта в зависимости от его качественного состояния.
  • Суждения и вердикты бывают с негативными и позитивными последствиями для объектов оценки и их проявлений

Божественный суд

  • Чтобы оценить качественное состояние объекта, субъект оценки должен обладать возможностью беспрепятственно познавать объект и иметь универсальную систему оценки любых объектов и явлений.
  • Идеальная качественная оценка объекта может включать бесконечное количество факторов и критериев оценки, а также неограниченность в познании объектов и явлений.
  • Вынесение вердикта по сделанной оценке объекта предполагает наличие полноты власти его исполнить.
  • Всеми вышеперечисленными возможностями и способностями обладает только Бог.
  • Выносить вердикты душам на Частном суде и людям на Последнем Суде – исключительная прерогатива Бога. Потому, осуждать кого-то в ад, или считать достойным Царства Небесного, не имеет права ни одна тварь на Небе и на земле.

Суд человеческий

  • Суд человеческий, за редким исключением, исходит из принципа справедливости.
  • Суд от людей подразделяется на собственно суд для оценки преступления, с наказанием за их совершение, и бытовые суждения, без последствий для осуждаемого.
  • Человек в состоянии делать оценки и выносить осуждение не объектам, а их отдельным проявлениям, применяя к ним критерии оценки в соответствующей системе координат (нравственных, юридических).
  • Оценка человеческих поступков и дел, которые другой человек оценивает “глядя на лицо”, не является судом, и не подпадает под заповедь: “Не судите…”
  • Несовершенство обусловлено невозможностью полного познания человеком даже оцениваемого проявления, а не только объекта его породившего.
  • Один человек, в силу ограниченности собственных познавательных способностей и закрытости сознания другого человека, по причине искажения человеческой природы грехом, не в состоянии дать релевантную оценку качества души этого другого человека.
  • Суд человеческий необходим для существования человеческого общества на земле вне рая в силу необходимости судить, выносить временные вердикты по преступлениям людей во времени.
  • Преступление – акт злой воли доброй сущности любого человека. Иными словами – это злой феномен доброго ноумена.
  • Возможность человеку совершить и злое и доброе исходит из дарованной Богом свободы действий и помыслов человека и искаженной грехом человеческой природы.
  • Справедливость предполагает адекватность наказания за совершенное преступление, но не предполагает зеркальности, как по Закону Моисея «зуб за зуб».
  • Справедливость оценок и вердиктов человеческого суда относительна, потому легко может приходить в несогласие с божественной справедливостью. Человеческий суд может быть несправедлив и по человеческим относительным критериям в силу коррупции субъектов суда.
  • Человеческий суд не учитывает возможность раскаяния преступника, а только применение адекватного наказания, что приводит к появлению в различных системах смертной казни.
  • Смертная казнь – несоответствие адекватности наказания любому преступлению в силу невосстановимости жизненного ресурса человека. Даже если преступником отобрана жизнь другого человека, насильственное лишение жизни через казнь уподобляет суд самому преступнику.
  • Смерть прекращает возможность для восстановления качества человеческой системы, потому определяет вечную участь души и человека после всеобщего воскресения. В результате, за локальное во времени и пространстве преступление, человек получает вечное осуждение. Временное и вечное несопоставимо в принципе, потому смертная казнь является наказанием, бесконечно превышающем меру адекватности в системе координат христианской нравственности и справедливости.

Осуждение бытовое

  • Осуждение практически всегда осуждает всего человека, а не его проявления в поступках или словах.
  • Такое осуждение по познавательным способностям доступно только Богу. Потому осуждающий вторгается в компетенцию Бога, и незаметно для себя пытается взять на себя одну из Его неотъемлемых и ключевых функций.
  • Бытовое осуждение исходит из принципа огульной экстраполяции частного на общее: «Какой поступок, такой и человек». Если ты один раз украл, то ты вор вообще.
  • В теории и помыслах осуждения, указанный принцип предполагает, что таким этот человек был раньше, есть сейчас, и останется до своей смерти.
  • Осуждение отказывает в возможности измениться в любую сторону, особенно в лучшую.
  • Осуждающий часто осуждает на основе частной системы ценностей, которая даже рядом не стояла со справедливостью, по которой он получит осуждение от Бога, по сути, просто по собственной глупости.
  • В большинстве случаев, осуждаемый не знает об осуждении, а осуждающий прячет его под покровом недоступности своего сердца для наблюдений другими людьми. Этот навык может привести к самостоятельному предпочтению душою ада после смерти, даже без определения частного суда.

В будущем люди будут открыты, и не смогут скрыть никакой своей мысли, когда каждый будет мгновенно понимать, что думает другой. Т.е., люди будут смотреть на сердце другого, и общаться смыслами, а не словами. Наше тайное осуждение кого-то не видят другие люди, а видит только Бог. А в раю увидит каждый. Потому, к тому времени мы должны научиться не осуждать, чтобы в раю быть своими среди своих. Привыкшим творить зло в сердце своём среди праведников будет невыносимо, когда станет понятно, что не скрыть той зависти и осуждения, которые вросли в сущность. Потому грешная душа сама выберет ад, поскольку ей невыносимо стыдно будет в присутствии любящих и никого не осуждающих людей. Как выбирают ад по собственной воле, советую всем притчу Клайва Стейплза Льюиса «Расторжение брака». Хотя там показана иная сторона выбора ада, но и она в определении души после смерти может иметь место. И причина этого в осуждении других людей, и даже Бога, из-за любви к себе и отсутствии любви к ближнему и Богу.

Комментировать

Цитировать


(required)

(required)


один + = 5